А между тем за грузинской канонадой немногие помнят, что через 6 дней – годовщина Дефолта-98. Того самого, когда однажды утром мы проснулись и обнаружили, что порядка 30% содержимого наших кошельков внезапно превратилось в труху. Учитывая, какова на тот момент была доля импорта в мало-мальски сносных товарах – вы понимаете, что это значило.
Вначале дефолт на меня повлиял не так и сильно, так как мое жалование от миссии составляло 100 твердых американских долларов (да-да, были и такие зарплаты в то время). Только вот половину из них пришлось отдавать за аренду квартиры, оставшихся 50 долларов не хватало почти ни на что. А в октябре мы с Юлей поженились…
Самый разгар кризиса и свадьба, посмотрите на этих сумасшедших! Но мы тогда были молодые, планировать на годы вперед не любили, а любили как раз таки только друг друга. Правда пришлось ужаться во всем. И свадьбу поскромнее в формате домашней посиделки сделать, вместо кафе-ресторанов. И подарки были не такие, как планировали гости и родственники. К примеру, вместо импортной стиральной машинки была подарена родная отечественная «Сибирь». Телевизор был чуть подержанный, и так далее. Но это нас никоим образом не удручало.
Дело в том, что в в конце 1999 я пошел в теологический колледж. Там было уже проще, так как был на полном обеспечении. Дополнительных доходов хватало, чтобы было на что кушать супруге (она в это время жила у мамы). Потом мы вернулись в Томск с теми же 100 долларами жалования, которых в 2000 уже не хватало вообще ни на что. Страна вставала с колен после кризиса, постепенно уходила от зависимости от импорта, курс доллара пришел в некое равновесие с реальностью. Но мне от этого было не легче, так как южнокорейские спонсоры миссии, по всей видимости, читали прессу как минимум двухлетней давности и по ней строили представления о жизни и благосостоянии россиян.
Я устроился в школу, но моя зарплата составила в итоге… 700 рублей (!!!!). Это было меньше, чем я тратил на дорогу и еду в школьной столовой. Жить было очень трудно, бывало, что банально в холодильнике оставался только рис и макароны. Их и ели. Когда в гости приходили знакомые, приносили с собой к чаю хлеб. И так продолжалось до 2001 года, примерно. В 2001 году я получил предложение стать руководителем проекта в одной медийной миссии, плюнул на любимую сферу образования, и с этого началась совершенно другая полоса в жизни. Сначала передача на местном телеканале, потом руководство небольшой видеостудией, затем работа в отделе интернет-проектов этой же организации. Ну а потом я оказался в Латвии и окончательно ушел в сетевые проекты.
И такое было в моей жизни. Ничего – пережили. Зато получили отличную прививку, благодаря которой сегодня, когда слышу разговоры об экономическом кризисе, думаю: «После Перестройки и Дефолта, уже ничего не страшно. Хуже не станет.»
Будем сильно надеяться что хуже не будет.
Понимаешь, тут дело в том, что считать верным, а что нет;)